Agent Of The Secret World
|
Re: barrens chat
А вот Рыжков:
Академик Б. А. Рыбаков, отзываясь в целом положительно о книге Иванова В. В. и Топорова В. Н. «Исследования в области славянских древностей», М., 1974, откуда чаще всего черпаются указанные материалы по славянскому пантеону, критиковал авторов за недостаточную обоснованность именно материалов по Велесу:
«Собранный лингвистами материал обилен и интересен, но нередко следователи в увлечении вводят в круг понятий, связанных с Велесом материалы, совершенно не относящиеся к делу, как, например, днепровский порог ?????????? (будто бы "змеиный вал"), Волынь, Вавель и др.
Книга В. В. Иванова и В. Н. Топорова, откуда взяты эти примеры производит впечатление подробной картотеки, частично систематизированной, но не являющейся целостным исследованием. Отдельные суждения (О Перуне - Громовержце, о Яриле, о балтских параллелях) представляют определенный интерес, хотя и не всегда новы, но главный замысел книги, выраженный в заголовке первой части ("Реконструкция фрагментов мифа о Боге Грозы и его Противнике"), решен, на мой взгляд, недостаточно солидно. Противопоставление Велеса Перуну будто бы базируется на тексте летописи, но в летописи мы видим совершенно обратное:
"... и кляшася оружьем своим и Перуном богом своим и Волосом скотием богом."
После тех интересных наблюдений, которые сделаны авторами в отношении Перуна, грозного бога вооруженных скотоводов III—II тысячелетий до н. э., крайне странно выглядит признание "скотьего
После тех интересных наблюдений, которые сделаны авторами в отношении Перуна, грозного бога вооруженных скотоводов III—II тысячелетий до н. э., крайне странно выглядит признание "скотьего бога" Велеса непримиримым противником Перуна. Все построение "мифа" о поединке Перуна с Велесо-Змеем мне представляется надуманным и совершенно неубедительным».
Вместе с тем академик Б. А. Рыбаков высказывает ряд важных предположений. Практически предвосхищая сказанное выше о солнечном, более первичном содержании культа Велеса (Гелиоса), он обращает внимание на то, что «велесов день завершал собою обширный цикл празднеств зимнего солнцестояния», что оба срока празднеств Велеса «связаны с солнечными фазами — зимним солнцестоянием и весенним равноденствием» и высказывает предположение об эволюции образа этого божества от праохотничьих и скотоводческих форм к земледельческим, солнечным. Солнечный блин на масленицу, как культовый обрядный ритуал, остался в народной памяти: остался елей, елеопомазание (йелей, йелеопомазание), а, точнее, «велей» и «велеопомазание», сохраненные в православии древнейшие солнечные ритуалы. Не исключено, что и «тарелка» — это не обыденный обеденный инструмент, а ритуальный предмет для блинов, памятуя Аполлона-Тар-Гелиоса с его культом причастия посредством поедания образа Солнца — блина (Б. А. Рыбаков), а библейский Елизар (Йелизар), — искаженное еврейским произношением греческое имя Вели зарий, Елена (Йелена, Хелена) = Велена и т. д,
Не обсуждая здесь подробно тонкости этих сопоставлений и эволюции, вкратце подведем итог:
— языкознание на чисто языковом материале обнаружило древнейшую ипостась Велеса (Хелиоса, Гелиоса, Йелоса) как тождественную общеиндоевропейскому культу Солнца в образе Гелиоса-Аполлона-Велеса-Белбога-Феба, — божества древних земледельцев, общего для обширных пространств Европы от кельтских Пиренеев и Уэльса (Йельс), до славянских (венетских) зон Иллирии (Сербо-Хорватия), Вострии (Austria), Венетии, Чехии и Словакии, Карпат, Древней Греции, Македонии и Болгарии;
и Младшей Эдды (которые, как ясно из второго правила праязыка, также следует произносить как Ведды), центральную кульминацию произведения составляет поединок героя-бога громовержца со змеем в Первичных водах и победа над ним, однако, следуя Б. Рыбакову не нужно смешивать борьбу змей — громовержец с борьбой двух пантеонов: солнечного земледельческого и пантеона громовержца скотоводов (Велес — Перун, Варуна — Индра, Гелиос — Зевс и т. д.);
На этом примере можно просмотреть — как сочетание законов праязыка и сложнейшего эпоса индоевропейской мифологии позволяет разобраться в почти утраченных культурных святынях многих народов, восстанавливая их драгоценное единство, восстанавливая для многих людей — от Алтая до Уэльса — общность предков и общий фундамент культуры.
|